Способность к живому контакту: почему в эпоху гиперсвязанности мы страдаем от эмоциональной анорексии

Содержание

Я помню, в ковид часто делали футуристические прогнозы: как изменится мир после пандемии. И в одном из прогнозе звучало, что живое общение и живой сервис станет роскошью. Немножечко промахнулись. В прогнозе говорилось о деньгах, но жизнь решила, что валютой станет время. И в нашем ускоренном мире роскошь живого контакта доступна только тем богачам, кто готов инвестировать время в свою сложность.

Пусть вас не смущает термин «эмоциональная анорексия».

Эмоциональная анорексия

Представьте классическую анорексию: человек окружен едой, но отказывается её принимать, потому что боится набрать вес, но на самом деле — потерять контроль или столкнуться с хаосом. В эмоциональной анорексии то же самое, что с едой, происходит с отношениями и чувствами.

• Человек может быть социально активным, иметь сотни контактов в сети, работать в команде, состоять в отношениях.
• Но глубокое, живое, уязвимое эмоциональное питание (близость, доверие, совместное переживание чувств, длительный контакт) он себе не позволяет или активно избегает.

Мозг и психика находятся в режиме хронического дефицита настоящей эмоциональной близости. Это приводит к истощению, раздражительности, апатии, чувству пустоты и даже соматическим симптомам. Он хронически одинок при наличии людей вокруг. И точно также, как аноретик, вынужден подавлять свои эмоциональные нужды ради контроля, безопасности или независимости. Как отношенческая строгая диета.

И также, как в анорексии, человек не идет в близость потому, что травмирован. Его психика настолько перегружена неосознаваемым хаосом, что держится за иллюзию контроля путем отказа от отношений или болезненной неспособности принять тепло, поддержку, конфликт, нежность, гнев другого, совместную неопределённость. Образ себя в отношениях частенько искажен: множество наших современников глубинно уверены, что их или вообще нельзя любить, или можно любить только за что-то.

Психика ест лайки, чаты, короткие сообщения, минутный контент, но никогда этим не насытится. Поэтому лайков и чатов всегда нужно больше, чтоб избежать постоянно подступающего чувства одиночества. Быть в длительном, живом и выносимом контакте психика не рискует.

Системная механика дефицита

Человек — открытая система, стремящаяся к сохранению внутреннего равновесия (гомеостазу). В условиях информационного переизбытка и социальной сложности система начинает схлопываться в режим энергосбережения. Живой контакт всегда подразумевает способность выдерживать напряжение чужого присутствия, не разрушая собственные границы и не растворяясь в другом. Но истощенная психика не в состоянии переварить контакт в психическую энергию, она им захлебывается и теряется в нем.

Никлас Луман описывал социальные системы как аутопоэтические: они самовоспроизводятся, отфильтровывая лишнее. В функционально дифференцированном обществе человеческая живость всё чаще попадают в категорию лишнего, потому что функция ее не дает прямого наблюдаемого экономического результата. Кому вы можете продать свою живость? Даже психологи, продавая живость, вынуждены объяснять свою услугу методом. Считается, чем эффективнее, тем дороже. Но должно быть чем живее, тем дороже.

Система защищает себя тактически, но в стратегической перспективе цена — эмоциональная изоляция индивида.

По данным WHO (2025), одиночество затрагивает каждого шестого человека в мире и связано с примерно 871 000 смертей ежегодно — около 100 в час. Одиночество выкашивает население с поразительной скоростью. Мета-анализы показывают, что социальная изоляция повышает риск преждевременной смерти на 29−32%, а одиночество — на 14%.
В США более 40% взрослых 45+ чувствуют себя одинокими (рост на 5 пунктов с 35% в 2010—2018 годах). Социальные сети часто усугубляют проблему: верхние 25% по частоте использования в два раза чаще испытывают одиночество.

Психоаналитический ракурс

Психоанализ формулирует это жёстче. Живой контакт — это работа интерсубъективного пространства между двумя людьми по Томасу Огдену. Если воспользоваться термином Винникотта и представить, что один из участников действует из ложного Я — то есть, функционально, — то контакт мертвеет. И, в конечном итоге, теряет черты контакта, вырождаясь в выхолощенно экономическую транзакцию. Это очень эффективно с точки зрения сиюминутных денег и пользы, но совсем не живо.

Хуже всего то, что в таких контактах вырождается креативность, поскольку она развивается только в присутствии надежного и не навязчивого, не разрушающего Другого. С которым есть контакт, но нет вторжения. Без этого опыта психика либо сливается с другими, либо отгораживается, выхолащивая контакт и позиционируя себя функционально через ложное Я.

Что может общество, в котором мало креативности? Это риторический вопрос, его можно только подвесить и думать иногда о нем, как о фразе Memento mori.

Встает резонный вопрос: чем отличается подлинный контакт от выхолощенного?

Подлинный контакт

Пока вы не поймете это «на пальцах», подлинность контакта так и останется абстракцией. Но проще объяснить в сравнении.

Выхолощенный контакт частичен по своей сути. Присутствие в разговоре с человеком напротив вас тоже частичное. Вы думаете о чем-то еще, или думаете, как будете выглядеть, что о вас подумают. И даже слушаете в пол уха, можете не уловить смыслов. То есть ваше внимание не целиком на человеке, оно расщепленное (и там, и здесь). Вы базально невнимательны, если можно так выразиться.

Поэтому общение идет по легитимным сценариям — типичный small talk: вежливо, удобно, безопасно, предсказуемо. Сейчас принято считать, что small talk защищает от случайного нарушения границ, но я считаю, что это — рационализация своей неспособности смотреть глубоко в человека. Видеть его настоящего, а не свою проекцию, ожидаемый образ.

Подлинный живой контакт — это когда вы полностью здесь и сейчас с этим человеком, ваше внимание целиком направлено на него. И тогда вы можете услышать не только слова, но и то, что за ними стоит. Вы не думаете о том, как вы выглядите — вы погружены в Другого. Вы позволяете себе чувствовать, что происходит между вами: тепло, напряжение, грусть, радость, тишина. Вы живете в этом разговоре.

С чем можно сравнить?

Когда мама отвечает ребенку, но одновременно листает соцсеть в телефоне, мама в выхолощенном контакте «из головы», чтоб только ребенок скорее отстал.
Когда мама отложила все, посмотрела в глаза ребенку и подумала о ребенке, отвечая ему, мама в подлинном контакте. Она всей собой с ребенком ради самой встречи с ним. Ребенок такой мамы не будет чувствовать себя брошенным и одиноким. Он чувствует, что мама его видит, мама с ним.

Привязанность как запрос на выживание

Сегодня очень многие люди приходят с запросом на привязанность. Безусловно, они не приходят и не говорят: «Ирина Андреевна, мне нужно что-то поделать с привязанностью». Их жалобы звучать прозаичнее: нет отношений, нет доверия в отношениях, зависимые отношения, проблемы с детьми, бессмысленность, одиночество, не могу построить карьеру. Это же задача психолога, а не клиента — различить, что на самом деле мешает клиенту получит желаемое.

Часто мешает как раз слабая способность быть в контакте, быть вложенным в отношения. Питер Фонаги выяснил, что в основе большинства конфликтов лежит неспособность удерживать в уме, что Другой — отдельное существо со своим внутренним миром. А следовательно, быть в контакте с Другим и его миром.

Но для разных людей будет разная терапевтическая тактика.

Мозг, лишённый надёжного контакта, работает в режиме выживания. Травма и нарушения привязанности меняют нейробиологию за счет гиперактивности миндалины, нарушений регуляции чувств, соматических симптомов. Привязанность в том смысле — нейробиологическая необходимость.

Нэнси Мак-Вильямс на своем курсе 2026 года говорила: 2,5 года в терапии — это нормативный срок для структурной перестройки паттернов привязанности. Поэтому я говорю: чтобы изменить судьбу, нужно не менее 2,5 лет. Работа с привязанностью в сверхбыстром темпе — это какая-то рыночная галлюцинация, игнорирующая биологию и устройство влечения к жизни. Соответственно, проблемы, которые вызваны нарушенной привязанностью (почти все проблемы любви и отношений) не могут быть решены быстрее этого срока.

Трансформация происходит через живой контакт с реальным человеком в реальном времени, не только в инсайтах. Только через постепенную переработку инаковости другого можно научиться другого воспринимать, не определяя его в какую-то из своих проекций, чтобы заблаговременно спастись.

Пожалуй, единственная задача человека, которую нельзя делегировать — это стать способным на живой контакт. Это про способность выдерживать неопределённость другого человека, не пытаясь его починить, использовать или классифицировать. Это радикально смелое решение для людей, привыкших жить в окопах своих защит и формализованного контакта. Статистика намекает, что не все понимают, что такое быть живым и инвестировать время в сложность — свою и другого. Люди хотят хлеба и зрелищ, забывая, что без внимания и любви хлеб и зрелища лишены вкуса. И выживают они не через сытость желудка, а через метаболизм подлинного контакта. Это ученые выяснили еще десятки лет назад, изучая брошенных младенцев с анаклитической депрессией.

Мы приглашаем вас не к быстрым решениям, а к пространству, где возможно это редкое переживание — быть одному в присутствии другого, быть вместе и не сливаться, быть живым и разрушаться. Мы создавали среду DEEP PSY SOLUTIONS именно для такого взаимодействия.

Двери центра открыты.